Manyakov.NET - На тысячу ладов - Manyakov.NET
На тысячу ладов

Можно почти поручиться, что вы слыхали слово «макинтош». Правда, теперь оно вышло из моды, но все-таки большинство помнит: «макинтош» — это непромокаемый плащ. Гораздо меньшее число людей осведомлено, почему плащу дано такое странное имя и откуда оно взялось.

Пожалуй, вы сочтете за насмешку, если я скажу вам, что перед вами не имя, а скорее отчество. Отчество части одежды? Что за странность? Тем не менее это так.

Загляните в любой хороший энциклопедический словарь; вы наверняка найдете в нем такое примерно сообщение: «Мак-Интош, Чарльз, шотландский изобретатель-химик. Прославился изобретением непромокаемой ткани из двух слоев материи, соединенных каучуковым раствором. Плащи, изготовленные из такой прорезиненной ткани, известны под названием макинтошей».

Это верно, но при чем же тут «отчество»? А вот при чем.

На соседних страницах энциклопедии вы найдете великое множество фамилий, начинающихся, как и фамилия изобретателя плаща, со слога или приставки — «Мак»: Мак-Гахан, Мак-Доуэлл, Мак-Доннэл, Мак-Каллум, Мак-Карти, Мак-Кинлей, Мак-Клеллан, Мак-Клинток, Мак-Клюр, Мак-Коннел, Мак-Кормик, Мак-Кой, Мак-Куллох, Мак-Леннан, и так далее, без конца; история Шотландии полна всевозможными «Мак»-ами. В большинстве своем фамилии эти кажутся нам совершенно непонятными; но вот одна из них—Мак-Дональд — явно заключает в себе мужское имя «Дональд». Можно сказать, что и большинство остальных построено так же: тому или другому имени, обычно старошотландскому, предшествует своеобразная частица «Мак». Что она означает? Не что иное, как «сын»:

Мак-Дональд — сын Дональда, и Мак-Интош — сын Интоша. Иначе говоря, мы видим перед собою типичные наши «вичи», только, так сказать, перемещенные: наш «-вич» следует за именем отца, а шотландский «Мак» ему предшествует. Кроме того, наше отчество добавляется к имени, а шотландское, как мы видим теперь, заменяет собою фамилию.


Впрочем, ведь это бывает и у нас: мы часто говорим, особенно про известных людей, про музыкантов, художников, писателей: Александр Иванов, Аполлон Григорьев, Сергей Прокофьев… Встречаются и такие сочетания: Феофан Прокопович, Дмитрий Григорович. Стоит переставить: Вичпрокоп, Вичгригор, и главная разница между шотландским и русским отчествами сотрется (Забавно, что Н. В. Гоголь, резонно не учитывая значения этого шотландского «Мак», ввел в свои «Мертвые души» гротескный образ человека с «двумя отчествами», некоего Макдональда Карловича (гл. IX). «Показался какой-то Сысой Пафнутьевич и Макдональд Карлович, о которых и не слышно было никогда», — пишет он, рассказывая о шуме, который вызвало в «энской губернии» разоблачение Чичикова. Но ведь «Макдональд» — это «Дональдович», так что этот, по выражению Гоголя, «тюрюк и байбак» был, так сказать, «Дональдовичем Карловичем».).

Шотландия лежит на севере Англии; к юго-западу от Англии расположена Ирландия, «Зеленый Эрин», населенная народом, близкородственным шотландцам. Языки тех и других сходны. Но в Ирландии место северного «Мак» занимает своя патронимическая (Слово «патроним» означает «имя отца, отчество».) приставка «О».

Тамошнему Мак-Коннелу соответствует здешний О'Коннел. О'Коннел, О'Брайен, О'Лири, О'Доннавэн — вот характерные ирландские фамилии, и каждая из них в свою очередь является фамилией—отчеством: О'Коннел — это «Коннелов», то есть опять-таки «сын Коннела».

Труднее всего указать на что-нибудь подобное у народов, пользующихся романскими языками, возникшими из латинского языка. Но и тут можно обнаружить какие-то остатки древней патронимии,—наименования по отцу. Во Франции попадаются фамилии, в которых. перед личным именем стоит частица «дю»: Дюклерк, Дюбеф, Дюруа. Эти фамилии следует понимать как «сын Писаря» (Писарев), «сын Быка» (Быков), «сын Короля» (Королев). У итальянцев такую же роль играет притяжательное словечко «дель». Называя, например, художника Андреа дель Сарто, мы хоть и не произносим слова «отец» или «сын», но обиняком указываем на возможную родственную связь: «дель Сарто» значит «сын портного».

Совершенно понятно, что иностранец, слыша и произнося подобные фамилии, чаще всего даже не подозревает, что он имеет тут дело с «потаенными отчествами». Только языковед расскажет вам, что испанские фамилии, оканчивающиеся на «-с», вроде «Родригес» или «Диас», весьма возможно, произошли от древнего вестготского родительного падежа, когда-то связанного с именами: «Родриге-с» значит «Родригин», сын Родриго. С «Диасом» дело обстоит сложнее: фамилия эта обозначает: «сын Диэго»; имя «Диэго» произошло от «Диаго», а само «Диаго» родилось из сокращенного и сжавшегося «Сант-Яго», означающего «святой Яков». Диас значит Яковлев.

Приехав в нынешнюю Грецию, вы, пожалуй, уже не встретите там Атридов и Пелеидов. Зато вас окружат бесчисленные Басилиопулосы и Георгиади; эти фамилии ничем не отличаются от наших «Васильевых», «Юрьевых», «Егоровых»; по существу, они означают каждая «сын такого-то».


Дальше к Востоку все становится более явным. У турок постоянно встречаются полуимена, полуфамилии, в которых за самым настоящим именем отца следует соединенное с ним слово «оглу» (у татар «оглы»): «Ахмат-оглу», «Айваз-оглу»; это словечко—особая форма принадлежности от слова «огул», означающего «парень», «сын». Наименование «Керим Ахмат-оглу» можно перевести на русский язык так: «Керим, сын Ахмета». Сами греки позаимствовали у соседей — турок — это словцо: у них встречаются граждане, носящие фамилии Папаник-огло, Костандж-огло. У иранцев тюркское «оглу» уступает место слову «заде», имеющему тот же смысл и значение. Недаром, поселяясь в России, многочисленные Айваз-оглу и Гассан-заде легко превращались в Айвазовых и Гасановых. И неудивительно, — ведь это было одно и то же.

Когда грузин хочет отметить, что такой-то является сыном своего отца, он прибегает к частице «-швили»: «Зеделашвили»—«сын Зеделая», «Каландаришвили»— сын Каландара. В таких же случаях армянин пользуется частицей «-ян», «-яни». «Мкртичян» значит «сын Мкртича» — «Никиты», иначе говоря, Никитич или Никитин. «Иоаннисиан» — то же, что Иоаннович или Иванов. Очень любопытно, заинтересовавшись фамилиями этих народов Советского Союза, наблюдать на них два прямо противоположных явления. Бывает так, что армянские или грузинские (а также осетинские, азербайджанские и другие) фамилии-отчества превращаются в русские на «-ов», «-ев»:

Сараджоглу становится Сараджевым, Ованесьян начинает звать себя Ованесовым и даже Аванесовым. Но сплошь и рядом происходит и обратный процесс: русские слова втягиваются в армянские или тюркские фамилии и начинают жить уже в сопровождении совсем нерусских суффиксов. Так возникли, несомненно, такие фамилии-гибриды, как Лисициани, Медникян и т. п.

Само собой разумеется, это может происходить по одной-единственной причине: языки у разных народов разные, а способ мышления один. Отчество везде остается отчеством, хотя понятие «сын своего отца» выражается в разных частях мира самыми различными и непохожими друг на друга словами.

Однако, как они ни отличаются одно от другого, выражают-то они одно и то же. Именно поэтому их так легко бывает и заменить одно другим.