Manyakov.NET - Очень ли трудно русское правописание? - Manyakov.NET
Очень ли трудно русское правописание?

Звук – это одно, а буква – это другое. Такой, казалось бы, безобидный языковедный закон, а сколько огорчений он вызывает у школьника!

Написано «борода», а читать надо «барада».

Хочется написать: «тилифон ни работаит», а изволь писать, как никто не говорит: «телефон не работает».


ОЧЕНЬ ЛИ ТРУДНО РУССКОЕ ПРАВОПИСАНИЕ?

И вот возникают ошибки. А за ошибками разные неприятности… Зачем же было заводить в нашей орфографии такую никому не нужную сложность?

Вопрос этот надо разбить на два.

Во-первых, легче ли было бы писать, не будь наша орфография сама собою, то есть если бы каждый писал «в точности так, как выговаривает»? Во-вторых, действительно ли так уж трудна наша грамота? Интересно, легче орфография других языков или труднее?

На первый вопрос дается ответ в больших учебниках и научных работах, которые подробно рассказывают, как и почему именно так решено писать по-русски. Я здесь сейчас попытаюсь только осветить положение вещей одним простейшим примером.

Вспоминается мне маленький, почти разбитый снарядами городок в дни Великой Отечественной войны, дорога от наших постов к его окраинам и столб возле дороги. На столбе стрела и странная надпись «Оптека».

Я и еще несколько офицеров стояли под этим столбом и крепко ругали чудака, который такую надпись сделал. Как нам теперь было понять: что´ находится там, за углом, на улицах городка, по которым уже свистели фашистские пули? Если там и верно «аптека» – дело одно; надо немедленно послать туда бойцов, не считаясь с опасностью, вынести все лекарства, какие там могли остаться, бинты, йод. Все это было нам очень нужно. Если же «оптика», – так ни очки, ни фотоаппараты нас в тот момент не интересовали.

«И как только грамотный человек может этакое написать?» – ворчал майор.

Тогда среди остальных возник спор. Одни утверждали, что неизвестный нам автор надписи был, несомненно, или из Ярославской области, или из Горьковской. В этих местах люди «окают», – говорят на «о», четко произнося не только все те «о», которые написаны, но иногда, по привычке, выговаривая этот звук даже там, где и стоит «а» и надо сказать «а». Тому, кто родился на Волге или на севере, отделаться от этой привычки нелегко. Валерий Чкалов говорил на «о», Максим Горький заметно «окал». Так произошла и эта ошибка: человек, конечно, хотел написать «аптека». Но произносил-то он это слово – «опте´ка». Так он его изобразил.

Однако многие не согласились с этим. По их мнению, все было как раз наоборот. Есть в нашей стране области, где люди «акают», «екают» и «и´кают». Одни говорят так, как в пословице: «С МАсквы, с пАсада, с калашнАвА ряда», произносят «пАнИдельник», «срИда», «мИдвИжонАк». А другие, наоборот, выговаривают «пАнедельнЕк», «белЕберда». Ну и пишут, как произносят! Может быть, тот, кто это писал, был именно человек «екающий». Он слово «оптика» слышал и говорил как «о´птека», да так его и написал на столбе. Значит, аптеки там нет.

Спор наш тогда ничем не кончился. Но это и неважно.

Действительно, в нашей огромной стране много областей; в нашем языке немало различных диалектов, местных говоров. Даже такие близкие города, как Москва и Ленинград, и те говорят не совсем одинаково: москвичи выговаривают «скуШНА», а ленинградцы – «скуЧНА»; в Москве известный прибор для письма называют «ручка», а в Ленинграде – «вставочка»… Одна и та же фамилия – ну, скажем, Мусоргский – в Ленинграде произносится «Му´соргский», как пишется; в Москве – как нечто среднее между


Мусорг-ской

Мусорг-скай

Мусорг-ск?й

Мусорг-скый


Есть области, где даже сейчас вы услышите такие странные окончания, как «испей кваскю», «кликни Ванькю»… Есть места, жители которых все еще произносят вместо сочетания звуков «дн» совсем другое – «нн»: «онно» вместо «одно», «на нно» вместо «на дно».

Областей и говоров много, а русский язык один. И для того чтобы все русские люди могли свободно понимать речь друг друга, чтобы наши книги и газеты могли читаться с одинаковой легкостью и под Ленинградом, и в Горьком, и около Астрахани, – необходимо, чтобы всюду действовало одно и то же общерусское правописание, одна единая грамота и орфография. Иначе, что´ бы сказали вы, если бы в собрании сочинений Пушкина прочли такие строчки:

Бахат ы славин Качюбей, Иво луха ниабазримы…?

Понять их было бы вам довольно затруднительно. И можно сказать твердо, что «писание по слуху», а не по правилам орфографии не облегчило бы ваш труд, а сделало бы изучение грамоты почти немыслимым: приходилось бы вместо одного русского правописания заучивать десятки областных – для каждого места в отдельности. Недаром же старинная белорусская пословица говорит: «Что весь[43], то и речь. Что сельцо, то и словцо»! Так уж давайте лучше остановимся твердо на одной общей орфографии.

Так наука отвечает на первый вопрос.